«До нас положено, лежи так во веки веков»- провозгласил знаменитый в истории раскола РПЦ протопоп Аввакум. Виновен в не православии – был вынесен приговор этому человеку, и Аввакум был заживо сожжен в Пустозерске.
Существуют различные переводы этого ветхозаветного имени – «отец восстания», «любовь Божья», «сильный», но в любом случае оно предвещало мальчику, который родился в семье священника, необыкновенную будущность.
Русский «Савонарола»… И тот и другой прошли через множество искушений, ни разу не испытав колебаний. Обоих пытали за веру, и того и другого сожгли. Раб Божий и раб идеи, «одной, но пламенной страсти». Религиозный фанатик и предельно честный христианин. Чтение Евангелия было обязательным для мальчика с раннего детства. Страх Божий заставлял ребенка вставать с матерью на ночную молитву, простираться ниц перед загадочно-спокойными, будто хранящими великую тайну иконными ликами. Годам к десяти он почти наизусть знал Святое Писание.
В основном он рос так же, как и другие сельские дети, только в душе жило обостренное чувство справедливости. Отец Аввакума, сельский священник, от своих не слишком ревностных к вере прихожан особым благочестием не отличался. Пахал, как все, свой надел земли, напивался на праздники, буйствовал, за то часто бывал бит. Далека была от святости матушка Русь. Русское православие не только благополучно соседствовало с язычеством, даже можно сказать, прекрасно уживалось. Одушевление земли, языческие капища, которые существовали в то время, были близки и понятны русскому человеку. Христианство как нечто инородное принималось формально и подгонялось под существующие устои. В церкви во время службы стоял шум. Все читают и поют разом, каждый свое, голосов в пять-шесть. Ничего не разобрать, прихожане довольны, поскорее можно разойтись по своим делам. По церкви ходят какие-то люди, собирают на храм, потом пропивают. По полу катаются бесноватые, к прихожанам пристают калеки. Смутное время порождало смутную веру в умах и душах людей.
Отец Аввакума умер рано, оставив жену с целым выводком ребятишек. На долю старшего выпал тяжкий крестьянский труд. Вряд ли он думал, что станет одним из главных действующих лиц исторической драмы, имя которой Раскол.
В нескольких верстах от места, где жил Аввакум, родился в семье другого крестьянина сын Никита, ставший могущественным патриархом Руси – Никоном. «Простолюдин есмь!» - говорил о своем происхождении Никон, впоследствии главный противник Аввакума. По преданию, некий мордовский волхв предрек ему будущее у лесного капища: «Ты будешь государь великий». Такое предсказание глубоко запало в душу честолюбивому отроку. Как и Аввакум, он в раннем возрасте проявил незаурядные способности к учебе, уйдя в монастырь, овладевал книжной премудростью и удивлял монахов силой духа и упорством. В этом же монастыре часто бывал и Аввакум, верно, там они и встретились.
Никита остался в монастыре, готовя себя к великой роли реформатора. Аввакум женился в семнадцать лет. Женщина, ставшая его избранницей, прошла с ним рука об руку через все испытания и родила ему девять детей. В двадцать один год он стал дьяконом, в двадцать три –сельским священником. Так и остался бы им Аввакум, если бы не жила в нем неистребимая потребность к действию. Не довольствуясь церковной службой, он пытается проповедовать в домах, на дорогах и в других селах. Зачастую его проповеди встречали равнодушно, своей нетерпимостью Аввакум отпугивал. Но проходит немного времени, и уже к его голосу прислушиваются. Строгий, взыскательный, он умел подходить к людям с трогательной лаской и не щадил себя ради тех, кого опекал. Духовные дети привязывались к нему нерасторжимыми узами. Справедливости искал Аввакум, а нашел жестокость. Вступаясь за вдову, он навлек на себя гнев местных богачей. Его избили до потери сознания и в полном церковном облачении таскали по полу в храме за ноги.
Смутное время не только обескровило Россию, но и расшатало ее моральные устои. Не прошло и десяти лет, как забыли о спасителе Москвы от нашествия поляков Минине и обидели князя Пожарского. На моральное разложение общества церковь ответила возведением обрядовой системы в незыблемую догму. Основой для христианской морали в это время становится не Евангелие, а многочисленное житие святых.
Тем временем в Москве начались большие изменения. Молодой царь Алексей Михайлович окружил себя ревнителями. Среди прочих выделяется Никон. Взятый в ближний круг, он все больше набирает силу и к его голосу прислушивается сам Алексей Михайлович.
Прибыв в столицу, Аввакум находит среди ревнителей поддержку, а вскоре получает сан протопопа и назначение в город Юрьевец. Суров оказался протопоп к вольным нравам жителей этого города. Аввакум вставал до рассвета, читал Евангелие, сам звонил в колокол, до заутренней успевал сказать обличительную проповедь, обедню отслужит – опять проповедь. После обеда города на Руси вымирали. Положено было почивать. Аввакум сам не спал и другим не давал, стал ходить по домам молиться и наставлять. На восьмую неделю горожане не выдержали таких мучений. Мужики, бабы, к ним присоединились священники из других церквей, вытащили протопопа на улицу, сапогами топтали, полуживого бросили у ворот церкви. Прихожане его ненавидели, милость сильных он потерял. В это время Русь мучительно рожала национальную идею, которая могла бы сплотить народ.
По преданию, Римскому царству суждено было существовать до скончания века. Однако империя развалилась и права перешли к Византии. Вскоре был разрушен и Константинополь. Рухнула Византийская империя и, по идее, Москва становится правопреемницей. Утверждение патриаршества на Руси закрепляло за Москвой право называть себя третьим Римом. Четвертому Риму не быть! Еще в XI веке митрополит Илларион в трактате «Слово о законе и благодати» утверждал о равноправии Руси с Византией.
Год, когда Аввакум был изгнан из города Юрьевца, стал годом триумфа Никона. Став лидером, он входит в особое доверие к царю. Перед Никоном заискивают даже бояре, царь называет его «наш друг». Крестьянский сын хотел неограниченной власти и своего добился. В Успенском соборе сам царь, став перед ним на колени, со слезами на глазах просил принять патриарший престол. «Дадите ли устроить церковь?» - грозно спросил Никон.
Никон начинает проводить реформы. Были затребованы старые богослужебные тексты, сравнение славянских с греческими оригиналами выявили разночтения. Печатается новое издание псалтыря со значительными изменениями. Это был невероятно по тем временам смелый шаг. Менялся порядок слов, менялся сам ритуал богослужения. Изменение некоторых слов воспринималось очень тяжело и вызывало огромное недовольство поборников традиции и старины. Они провозгласили, что наступили последние времена, что надобно стать и помереть за веру. Явился Раскол. «Начните переменять – конца переменам не будет» - говорил Аввакум, и был прав. Эпоха Петра Великого была близка. Споры о крестном знамении, числе поклонов и движении крестного хода велись постоянно. Борьбу с Никоном и его нововведениями начал Аввакум. Он подал царю челобитную, где излагал свои взгляды и называл Никона кощунником. Протопоп стал выступать перед народом с призывом неповиновения. Его схватили и заковали в цепи. Однако слава мученика уже легла на его плечи. Сам царь вступился перед Никоном за Аввакума. Не лишив сана священника, вместе с семьей его сослали в Сибирь. Путь был неблизкий и трудный, много человеческого горя повидал он на своем пути. У них умерли два маленьких сына. Вдвоем бродили они по склонам сопок, босые, полураздетые, в поисках съедобных корешков. Весной тронулись по Оби. После нападения на них тунгусов впервые за все время у Аввакума появился страх за жизнь жены и детей.
- Как быть мне, жена?- спросил Аввакум. - Говорить мне или молчать? Связали вы меня!
Жена его поняла: «Что ты Петрович! Ты мне читал речь апостола Павла: «Соединен с женою, не ищи развода». Я тебя благословляю, дерзай, проповедуй, не тужи о нас, обличай блудню еретическую!» Аввакум не стеснялся в выражениях, простой народной речи, приводил примеры из своей жизни. Ему верили, его слово несли дальше. На улицах и перекрестках Руси обсуждалась правка книг. Новый перевод был далек до совершенства. Переводил Арсений Грек, который плохо разбирался в тонкостях славянского языка. Обвиняли его и в намеренном искажении текстов. Все это будоражило народ, и волнения катились от Дона до сибирских краев.
Власть Никона была так велика, что его называли «великим тираном». По сути, царская власть перешла в руки Никона и, наверное, он нашел бы общий язык с Алексеем Михайловичем, если бы смог отказаться от власти над государством. Появились противоречия между царем и патриархом. В один день Никон снял с себя патриаршее облачение и заявил, что патриархом не будет. Возможно, он ждал от царя просьбы не делать этого. Но уговоров не последовало, и патриарший престол опустел. Слухи о страданиях протопопа Аввакума и его огненных проповедях дошли до Москвы. Возвращения Аввакума в столицу добивались многие. Ему было прямо сказано: «Уймись, и ты получишь любое место, даже место царского духовника». Протопопа вернули, и он стал желанным гостем в домах московской знати. Он становится духовником и близким другом боярыни Феодосьи Морозовой. Боярыня и ее сестра, княгиня Евдокия Урусова, были богатейшими людьми того времени. Сестры стали на защиту старины, но в своем подвижничестве доходили до крайностей: постоянные изнуряющие посты, боярыня носила власяницу, спала на полу, подстелив рогожку.
После появления Аввакума в Москве пошла смута, церкви опустели. Протопоп всегда и везде старался унизить царя в проповеди. Так долго продолжаться не могло, и его с семьей снова отправили в ссылку на Дальний Север в Пустозерскую обитель. По дороге у Аввакума разболелись дети, но он спокойно переносит лишения и шлет обличительные письма в Москву. У «тишайшего» царя Алексея Михайловича стало заканчиваться терпение, он понимал, какую опасность для власти представляет деятельность протопопа. По его приказу неистового протопопа держали на цепи в темнице. Царь не мог скрыть чувства уважения и восхищения личностью Аввакума, однако, прибыв в острог на переговоры, он так и не решился на встречу.
Начались казни сторонников Аввакума. Боярыню Морозову заковали в цепи и через всю Москву повезли в Чудово в монастырь. Не избежала участи сестры и княгиня Урусова. Женщин пытали, вздернув на дыбу, убеждая отречься от своих взглядов. За их упорство было принято решение умертвить сестер голодом в холодных ямах. Аввакум написал на их смерть послание «Об исповедницах слово плачевное». В Пустозерске было написано «Житье» и «Книга бесед». В этих сочинениях - грубый язык и высокие патриотические мысли, молитвы и интимные переживания, мучительный поиск пути для России, философские размышления и высокая поэзия. Противоречивым был Аввакум, любил и ненавидел одновременно. В страшной земляной тюрьме, заживо погребенный с товарищами, он устраивал им чудовищные разносы по поводу «единосущности» или «трисущности Троицы». Отвергнув себя, он не щадил окружающих. Высокие слова и благие мотивы не могут оправдать реки крови и огня. Глядя на личность Аввакума сквозь века, мы видим в ней трещину противоречий. Видим истину по милости Божьей потому, что нам сделана прививка христианством от болезни заблуждений.
Александр ВЫСТАВКИН
--- Авторские права на произведение принадлежат газете "Для ТЕБЯ". Публикация произведения допускается только по согласованию с редакцией газеты.
Александр Выставкин,
Липецк
Я уверовал в 1989 году. Являюсь членом церкви ХВЕ г. Липецка. Также я президент общественной организации "Защитим жизнь" и зам. главного редактора христианской газеты "Возможность". e-mail автора:press@lipetsk.ru
Прочитано 3976 раз. Голосов 1. Средняя оценка: 4
Дорогие читатели! Не скупитесь на ваши отзывы,
замечания, рецензии, пожелания авторам. И не забудьте дать
оценку произведению, которое вы прочитали - это помогает авторам
совершенствовать свои творческие способности
Мужчины какие мы... - Сергей Варакин Хотелось бы чтобы мы никогда не разочаровывали женщин и не приносили слёзы. Но всё зависит от нас какие мы и как мы готовы к изменениям.
И что бы мы хотели изменить...
История одного королевства - Дмитрий Эта история была написана мной после многочисленных дискуссий и поисков истины в попытке объяснить тот факт, что Бог позволил дьяволу дейстотвать столь долго и столь активно.